Холодный дом

Холодный дом

Весна. Солнце. Наверно, никто так не радуется теплу, как жители нашего дома. Наконец, поживем в нормальных условиях. И лишь одно отравляет благостное настроение: а как с будущими холодами? Опять будем мерзнуть?

Ведь в зимние месяцы мы живем, в основном, при температуре 14–17 градусов. И такие мучения продолжаются ни много ни мало, а уже восемнадцатый год. С первого дня, как мы въехали в новое жилище. Случилось это в декабре 1986 года. Как радовались! Почти центр, квартиры по тем временам еще бесплатные. И даже тот факт, что в них, как нам показалось, было немножко прохладно, никого не огорчал. В новом доме ведь всегда так. Обживемся – согреемся. Но проходили недели, месяцы, а лучше не становилось. И не в одной квартире, а во всех 50! Холодным был весь дом. На улице зима, а батареи лишь слегка теплые. Мы сидели в толстых свитерах, спали одетыми. Разве что стали замечать одну странность: когда на улице температура падала до 20-25 градусов, прихватывал нешуточный морозец, для нас наступала передышка. В такие дни в доме становилось не то, что тепло, а даже нестерпимо жарко. Тоже, конечно, не дело, но все же лучше, чем холод. Почему – никто не мог понять. Все это разъяснилось чуть позже… Но морозные дни в Москве, как известно, редкость. Так что мы не переставали кутаться в теплые одежды и днем, и ночью. Сообщу любопытную деталь: за отопление мы платим немалые суммы – от 300 до 400 рублей за квартиру. Только за что с нас берут такие деньги – непонятно. К этому надо добавить и чрезмерные расходы на электричество. Ведь обойтись без мощных нагревательных приборов мы не можем. Куда мы могли пожаловаться? Естественно, в наши обслуживающие организации – ГРЭП и ДЕЗ «Замоскворечье». Но встречали нас неприветливо. – Что вы с нас спрашиваете? Все претензии к строителям. Они вам сдали такой дом. В чем-то, наверно, были правы. Недоделки были просто вопиющие. Плохо работала вентиляция (так и до сих пор), из-за чего в некоторых квартирах появился грибок. Безобразно смонтированы окна – такие щели, что туда можно просунуть палец. Конечно, мы пытались их заклеивать, затыкать. Но теплее не становилось. Может, дом продувается через панельные швы? Такое предположение тоже имело основания. Невооруженным глазом были видны отверстия между панелями. Не иначе, как пожалели бетон. И теперь без обновления фасада не обойтись. В общем, не успел дом войти в строй, его уже надо ремонтировать! Тут дирекция пошла нам навстречу. Наш дом был включен в план капитального ремонта. Но как он делался! Мы из своих квартир – когда люлька была на уровне окон – видели, что рабочие лишь слегка проходились краской, оставляя без внимания пустоты между панелями. Мы пытались их усовестить, на что они резонно возражали: «Скажите спасибо, что хоть что-то исправляем. На те деньги, которые отпущены нам на работы, большего не ждите». Некоторые жильцы решили проявить собственную инициативу: покупали на рынке современные изоляционные материалы и просили рабочих (предварительно заплатив им), чтобы те их использовали. В общем, ремонт велся – как раньше говорили – на «давальческом» сырье. Если бы помогло! Пленка из полиуретана оказалась бессильной. Швы заткнули, но никакого эффекта это не принесло. В квартирах по-прежнему было холодно. Не иначе, какой-то проклятый дом! И вот в один из многочисленных визитов в дирекцию мы узнали: так оно и есть! Нам вдруг сообщили: все ваши усилия бесполезны. Ваш дом не совсем обычный. Он – экспериментальный. У вас установлена чешская автоматическая система, которая должна регулировать температуру в квартирах в зависимости от наружной. В ней все дело. Так что ремонтируйте, не ремонтируйте, утепляйтесь, не утепляйтесь, ничего не поможет. Техника все равно сделает так, как ей хочется. Как ей «хотелось» – мы имели возможность наблюдать в течение многих лет. Но что это за система? Кто ее проектировал? Кто монтировал? Почему никто не наладил? И, в конце концов, какое право имели превратить нас, жильцов, в подопытных кроликов, не поставив нас в известность, и не спрашивая нашего согласия? Удивительно, но получить ответы на эти вопросы мы не могли. Долгое время от нас скрывали, что такая система вообще существует, а теперь отказывались сообщать, кто проводил эксперимент. Может, и сами не знали? Какой-нибудь институт решил внедрить новинку, отработать новую технологию, а потом исчез? Но ведь дирекция отвечает за эксплуатацию дома, мы платим ей за это деньги. Почему она нам не помогает? Справедливости ради надо сказать, иногда из ГРЭПа все же присылали слесаря, и он что-то делал, что-то подкручивал в приборах, установленных в техническом подвале. Это в автоматической-то системе! На какое-то время становилось теплее, но ненадолго. В общем, нас продолжали испытывать на морозоустойчивость. И никакого просвета мы не видели. Наконец, не выдержав мучений, мы обратились с жалобой в Мосгордуму. Приезжала депутат Инна Святенко, вместе с ней были и телевизионщики. Тогда был проведен «круглый стол» с жильцами. На встречу пришел руководитель ремонтного управления Игорь Большаков и в свете юпитеров заверил нас: – Мы, наконец, нашли чертежи системы и теперь попытаемся сами ее наладить. Как мы поняли, избавиться от нее вообще было невозможно – для этого надо было проводить в доме какие-то конструктивные переделки. У ГРЭПа на это не было возможности. Но хоть привести ее в рабочее состояние! Но вспыхнувшая было надежда быстро погасла. Уехала депутат, прошел сюжет по ТВЦ, и о нас опять забыли. Никакими наладками управление так и не занялось. Все осталось, как было. Сколько еще будет продолжаться такое издевательство? Кто за него ответит? И станет ли когда-нибудь тепло в нашем доме? Ответы на эти вопросы нам никто не дает. В том числе и мэрия, где существует «горячая линия», которая как раз и открывается в холодное время года и принимает звонки от жильцов по теплу. Нас все бросили на произвол судьбы!

Марина ПЛОТНИКОВА, старшая по дому (Люсиновская ул., 6)