Иван ГРАЧЕВ: трава прорастает даже сквозь асфальт

Сегодня гость нашей редакции – председатель Комиссии Государственной Думы по развитию ипотечного кредитования Иван Грачев. Тема разговора – превратности внедрения ипотеки в России.

– Иван Дмитриевич, каждый раз, открывая мероприятие, где должны обсуждать проблемы ипотеки, вы начинаете с заявления о том, что треть россиян уже сегодня готова воспользоваться ипотечным кредитом. Откуда такая последовательная убежденность?
– Должен заметить, что начинаю я с другого заявления, а именно: без ипотеки жилищная проблема решена быть не может в принципе. И только потом говорю о трети россиян.
Сколько же нас, готовых сегодня воспользоваться ипотечным кредитом? Согласно статистике, 7–10% россиян имеют «белые» доходы, то есть те, когда заплатил налоги и спишь спокойно. Но в своих оценках я базируюсь еще и на опросах в разных аудиториях. Например, на встрече в техническом вузе Казани спрашиваю, какие у них – студентов 4–5 курсов – доходы. Мне отвечают: примерно треть зарабатывает 200 долларов и выше. В Москве студенты зарабатывают больше. Понятно, что эти доходы, как правило, «серые».
Такие же вопросы я задаю, допустим, журналистам, с которыми общаюсь, телеоператорам. Люди отвечают вполне откровенно, и эти «беседы» дают мне определенную картину, из которой я и делаю вывод, что треть россиян имеют тот нижний порог доходов, который позволяет им воспользоваться ипотечным кредитом.
Встречаются на моем пути предприниматели и наемные рабочие – спрашиваю у них. Здесь соотношение «белых» и «серых» доходов – пятьдесят на пятьдесят. Грубая оценка, но тем не менее это не противоречит статистике, утверждающей, что до 40% производства у нас в «тени». И если эту цифру 50% нелегальных доходов наложить на кривые распределения доходов и стоимости жилья, то получим примерно ту же картину – 30% кандидатов на ипотеку. Вот откуда я взял треть россиян.
– Что такое ваш «нижний порог» – не те ли 200 долларов?
– Давайте считать. В Казани однокомнатная квартира стоит 6 тысяч долларов. Доход молодой семьи, допустим, 300 долларов в месяц. 6 тысяч делим на 10, затем еще на 12 – получаем 50 долларов. Плюс проценты – получаем 75 долларов. Вычитаем 13%-ную скидку. Итак, вышло чуть больше 60 долларов в месяц. Значит, этого заработка вполне хватит, чтобы покрыть долги по ипотеке. Казань – средний российский город, доходы средние по России, стоимость жилья – тоже. Семья из Казани платит за съем квартиры те же 60-70 долларов. А тут будут платить столько же, но жить в своей квартире. При этом, заметьте, мы взяли очень высокий процент, поскольку в полтора раза увеличили сумму ежемесячных выплат и не давали никаких дотаций. Но человек в нашу схему уложился.
Похожая картина с молодыми московскими семьями, хотя здесь соотношение легальной зарплаты и цены квартиры хуже, чем в среднем по России. Московские цены на жилье обременительнее по отношению к доходам граждан.
Та же логика в отношении специалистов с более высоким заработком. Соответственно, количество людей, которые могли бы воспользоваться ипотечным кредитом, больше количества людей, показывающих «белые» доходы.
– То есть нелегальность доходов отсекает от ипотеки массу потенциальных клиентов.
– Для России это важнейшая проблема, и в основном связана она с чрезмерными налогами. Несмотря на то, что нам рассказывают сказки о том, что 13% – едва ли не самый низкий налог в целом свете, реальный суммарный налог в России выше, чем в любой стране мира. Налоги с продаж, огромные – тридцатипроцентные отчисления в пенсионный фонд, НДС – нигде в мире нет подобного. При таких налогах наша ипотечная проблема нерешаема. Чиновники Минфина, налоговых служб частенько приходят в Думу и убеждают, что где-то там снизили и вот уже завтра будет лучше. Но завтра только хуже, и на самом деле никаких серьезных шагов в этом направлении не делается.
– Причина?
– Во-первых, при таком положении все предприниматели страны – с точки зрения законодательства – преступники, а, значит, в полной зависимости от чиновника. Теневой доход выгоден чиновнику: предприниматель платит «откупную» – отчисляет чиновнику долю от теневого дохода.
Во-вторых, наши партии, которые заняли правую нишу, на самом деле ни в своей идеологии, ни на практике не выступали за снижение налогов. Достаточно посмотреть на то, как они голосовали по этому вопросу. То есть политической силы, которая билась бы за то, чтобы снизить налоги на предпринимателя, не было.
– И нет…
– Партия такая есть – это мы, партия развития предпринимательства. Но мы пока – не сила. То есть сила, но недостаточная для того, чтобы переломить ситуацию.
И наконец, третье: многие наши «экономисты» уверены в том, что высокие налоги – панацея от всех бед. Когда слушаешь, что говорит Гайдар, убеждаешься, что он искренне верит, что самое главное – добиться макроэкономической стабилизации. Это, по его убеждению, цель. А я говорю: цель – это развитие бизнеса. А стабилизация, профицит, дефицит – это все способы, которые позволяют или не позволяют добиться цели.
Кстати, ради «цели» непрерывно наращивались налоги и, как следствие, сворачивался бизнес. Такая система выгодна не только чиновникам, но и крупным олигархическим структурам: они создают системы увода прибыли. Малый же бизнес создать такие системы не может.
Отсюда вывод: поскольку переломить ситуацию мы пока не можем, в ближайшее время серьезных реформ в налоговой сфере я не ожидаю. Следовательно, огромные теневые доходы еще долго будут стоять на пути многих нужных начинаний, в том числе внедрения ипотеки в России.
– Мрачный вывод!
– Не надо впадать в меланхолию. Существуют схемы, которые проблему частично снимают. Например, можно отрегулировать соотношение легальной и нелегальной составляющих временным накоплением.
Поясню. В «классических» ипотечных схемах человек не может отдать в виде ежемесячного взноса более одной трети легального дохода, но банку безразлично: две ли трети ты отдашь или одну треть. Поэтому придумали обходные схемы. Наиболее распространенная – стройсберкассы, то есть накопительная система. Человек, если у него большие нелегальные доходы, сам себе задаст срок накопления. В этом случае «проходных» людей становится значительно больше. И никакие налоговые органы придраться не могут.
– От тех, кто считает деньги, я слышал, что «проигравший» заемщик должен быть выброшен на улицу. А что думаете по этому поводу вы, один из «отцов» ипотеки?
– Меня обвиняли в том, что наш закон – антибанковский в этой части: якобы рассчитан на то, что человека-должника нельзя выгнать из дома. Но я спрашивал тех, кто реально занимается ипотекой, действительно ли это такая ужасная для вас проблема? Наши банкиры так не считают. Для них проблема выселения – не первоочередная. Поэтому я спокойно предложил в закон «мягкую» для людей схему: человека можно выселить только из новой квартиры, из старой – нельзя. В случае неплатежей его выселят только по решению суда. Более того, в законе написано, что ему надо предоставить какое-то убежище, а не выбрасывать на улицу.
– Но ведь при выселении ему возвращают деньги…
– Не так все просто: чтоб вернуть деньги, квартиру сначала надо продать.
Была иная проблема – в расщеплении прав. Грубо говоря, человек переставал быть собственником по решению суда, но в соответствии со старым жилищным законодательством права найма не терял. В первую очередь это касалось членов его семьи. Ему нужно было обеспечить наем этой квартиры на его условиях. Сейчас проблему расщепления прав сняли, в законе зафиксировали: если суд принял решение выселить тебя из заложенной по ипотечному кредиту квартиры, то тебе должны предоставить социальное жилье, но все права, в том числе право найма, исчезают.
– Еще несколько лет назад большинство россиян слова «ипотека» не знало. Какова сегодня аудитория ждущих вашей победы на этом поприще?
– Средний класс и прежде всего те молодые специалисты, которых Запад готов с руками оторвать. Многие из них находят себе работу в России, но у них возникает проблема жилья. И сегодня предприятия стали над этой проблемой задумываться. Думаю, нужна специальная общегосударственная программа. Что касается пожилых людей или тех, кто отстоял много лет в очереди, то здесь должны быть промежуточные решения, например, льготный процент.
– То есть человек платит, но государство помогает…
– Да. Пример на эту тему. Вот справка по федеральному бюджету, и в ней сказано, что на жилье для офицеров тратится в этом году 12–15 млрд. рублей. Военных, нуждающихся в жилье, у нас 150 тысяч. Я считаю, что суммы, которая дается на год, достаточно, чтобы всем им купить квартиры на вторичном рынке по ипотечному кредиту. А дальше государство просто бы выплачивало проценты – существенно меньшие суммы. И за несколько лет можно было бы полностью «закрыть» проблему жилья для военных. Подобные бюджеты я вижу с 1996 года, и всегда там на эти цели примерно выделялись одинаковые суммы – по полмиллиарда долларов. То есть проблема на самом деле могла быть уже закрыта. Но, к сожалению, скоординированного использования денег в исполнительной власти не наблюдается.
– Воруют?
– Скажем так: путаная, темная программа выгодна чиновникам…
– Вы называете проблемы, для решения которых требуется политическая воля...
– Если бросить ретроспективный взгляд, то очевидно: в законодательной власти я стал центром решения проблемы ипотеки. И она в основном решена. Остались вопросы с вторичным рефинансированием, но их решение – дело времени: затрачу не год, а три, но своего добьюсь. Если бы в исполнительной власти был такой же центр – президентский человек, который отвечал бы за эту проблему, у которого был бы механизм, бюджетные деньги, в том числе на ипотечное кредитование, – то, я полагаю, проблемы были бы решены.
– Некомпетентность исполнительной власти?
– Если бы! И там многие понимают, какие деньги со временем будут крутиться в системе ипотечного кредитования. Они же видят опыт стран Восточной Европы – там эта система уже собирает громадные деньги. Такое ощущение, что у чиновников есть желание заранее «сесть» на эти деньги. И оно перевешивает желание делать дело.
– Между тем вы с оптимизмом смотрите на будущее ипотеки в России.
– Несомненно. Раз у людей есть потребность в жилье и есть возможность зарабатывать деньги, чтобы удовлетворить эту потребность, то это прорвет все плотины. Трава прорастает даже сквозь асфальт.

Василий Дворыкин