Один день с риэлторами

Когда-то считалось ритуалом: за чашкой утреннего кофе просматривать свежие газеты. Теперь же стало куда как удобнее – прихлебывать бодрящий напиток, вперившись в телевизор. Много ли осталось людей, которые начинают день с чтения газет? Определенно могу назвать только тех, чья профессия – риэлтор.

Мои наставники
Но, как убежденный коммунист всем иным изданиям поутру предпочитал «Правду», так риэлтор с пристальным вниманием вникает преимущественно в свою профессиональную прессу – если не дома, то в служебных стенах агентского зала, с посещения которого начинает едва ли не каждый рабочий день. Здесь средоточие всей информации о недвижимости – печатной и компьютерной, той, что в данный момент располагает агентство (а она ежечасно может изменяться). Сюда вход посторонним строго воспрещен. Но, воспользовавшись журналистским мандатом, проникнем в тайное тайных агентства недвижимости «Триумфальная арка».
Сегодня мои наставники – Надежда Петровна Строкова и Маргарита Львовна Беляева, и вместе с ними мне предстоит провести весь день, чтобы попытаться вникнуть в живой образ риэлтора. («Вы – стажер?» – уже вечером спросит у меня один из клиентов, и я возомню, что мое перевоплощение состоялось). Знакомьтесь: Надежда Петровна – в прошлом преподаватель истории с немалым стажем, в риэлторстве – третий год. Маргарита Львовна – риэлтор начинающий, но уже успешно провела две сделки, причем одну из них еще в пору своего ученичества. Которому, кстати, ничуть не помешала ни степень кандидата биологических наук, ни продолжительный опыт работы в академическом НИИ, ни даже директорство в одной из фармацевтических фирм.
Надежда Петровна, как многие истинные гуманитарии, с компьютером в несколько натянутых отношениях. Да и «мобильник» ей не всегда готов подчиниться. Ее коллега, вероятно, приобщившись к сложной технике под сводами научных лабораторий, управляется с электроникой увлеченно. Хотя к результатам это не имеет никакого отношения. Обе «скачали» с компьютеров всю необходимую информацию, после чего можно было расстаться с агентским залом и начать бесконечные поездки по городу.

Утро на колесах
В этот день их маршруты во многом совпадали. Из района Преображенской площади, неподалеку от которой разместилось агентство, предстояло переместиться в Марьину рощу, где клиентов М. Беляевой интересуют квартиры в домах хоть и давно устаревшей серии, но котирующихся по сию пору; а Н. Строкова должна была посетить расположенный там же наркологический диспансер, чтобы уже перед наметившейся сделкой подкрепить документально дееспособность продавца (риэлтор обязан предупредить все возможные недоразумения, которыми изобилуют самодеятельные сделки тех, кто пренебрег скрупулезностью профессионалов).
Даже по московским меркам значительное расстояние между Преображенкой и малорощенскими кварталами было преодолено за короткое время, благо за рулем находилась Маргарита Беляева – водитель с семилетним стажем. К ее удивлению, обошлось без заторов, а мне показалось, что наш шофер знает назубок все столичные улицы, и это его спасает от стояния в пробках. Возможно помогает и вечный спутник риэлтора – атлас «Москва с каждым домом». Но нас интересовал не каждый дом, а лишь кирпичные «сталинские» пятиэтажки – творения «дохрущобной» поры. И, как пианисты играют в четыре руки, так мои наставники принялись споро наклеивать на доски объявлений, что рядом с входными дверями, незатейливое: «Куплю квартиру...» Текст хотя и растиражирован на ксероксе, но написан от руки: оказывается, такая подача лучше воспринимается потенциальным продавцом.
Объявления заняли свои заметные места, справка из диспансера тоже получена. Пора было возвращаться в агентство, где назначена встреча с покупателем коммунальной квартиры. «Спросите любого риэлтора и он скажет, что самое трудное в нашей работе – это расселение коммуналок, – комментирует связанную с этой встречей сделку Надежда Петровна. – Иногда бывает четыре лицевых счета, а в центре – до восьми доходит. Естественно, что состояние жильца коммунальной квартиры, продающего свою площадь в расчете на изолированную, близко к стрессовому: каждый сосед боится, что другой может, исхитрившись, решить свою проблему, обойдя его интересы. И нужно найти устраивающее всех компромиссное решение».
В нашем случае два соседа из коммуналки, что на Ленинском проспекте, уже успели забыть о треволнениях, приобретя квартиры возле метро «Академическая» и в Измайлове – тоже отнюдь не в отдаленных районах. Сегодня же в волнении пребывала последняя жилица упомянутой коммуналки, которой следовало через посредство банка получить от покупателя причитающуюся ей сумму. Волнение усугублялось тем, что тот, пообещав Надежде Петровне сообщить утром о времени встречи, позвонил лишь в три часа дня...
Правда, в томительном ожидании хоть удалось пообедать в баре при агентстве, где свой повар по доступной цене потчует домашней пищей и не пережженным кофе. Да к тому же в агентском зале успели справиться о свежей информации, поступающей в компьютер на персональный пароль.
Наконец, не самый вместительный салон автомобиля оказался забит до отказа – те же двое, не считая водителя Маргариты Беляевой, и долгожданный покупатель с доведенной до нервного предела жилицой из коммуналки, пока еще именуемой продавцом. Я, находясь рядом с шоферским местом, вплоть до подъезда к банку спиной ощущал напряжение, которое исходило от новой пассажирки: «А если останусь без денег...» – угадывалось ее сомнение. Зато как преобразилось ее лицо после посещения банка: благодарная улыбка была адресована лично риэлтору и всему человечеству.
И опять – возвращение в агентство: риэлторы стараются без необходимости не держать при себе банковские документы.


Квартирные смотрины
... Вторая половина рабочего дня приближалась к концу. Впереди был «просмотр квартир» – так на риэлторском языке называется ознакомление клиентов с предлагаемыми вариантами их будущего домашнего очага (сравните: «просмотр кинофильма»). А может, это больше напоминает смотрины – пристрастные, с жениховскими, завышенными порой претензиями? И риэлтор становится при этом благожелательной свахой. Сквозь дорожное шипение, свидетельствующее о наступлении «часа пик», мой диктофон донес голос Маргариты Беляевой, рассказывающей о технологии процесса, что зовется «просмотром», и о том, что ему предшествует:
– ...Первичная беседа продолжается иногда часов пять. Нужно максимально понять клиента и его потребности. Выясняешь все, вплоть до им самим «невыявленных желаний». Он иногда сам может не знать, что ему хотелось бы получить. Начинает смотреть квартиру – соответствие той, что заявлял, и тогда понимает, как его подвело «пространственное воображение». И риэлтор принимается выяснять, к чему же его душа лежит...
– Бывает, что клиенту нужна квартира, представляющая полную противоположность той, что ему виделась вначале, – добавляет Надежда Строкова. – Случается и наоборот, когда после многочисленных просмотров он возвращается к самой первой квартире, невоспринятой прежде.
Многочисленные просмотры – это посещение 10–15 квартир: «Больше клиент сам не выдерживает», – поясняет Надежда Петровна. Сегодня у нее намечено три просмотра, хотя уже наступает вечер. Здесь выясняется, что дневной простой в долгом ожидании покупателя коммуналки не оставил времени для «бригадной» работы: Маргарита Львовна опаздывает к своему клиенту. Приходится «размежеваться». После короткого замешательства, вспомнив о своей роли стажера, остаюсь при опытном риэлторе-наставнике Надежде Петровне.
– Теперь вы сможете испытать на себе, как работает «безлошадный» риэлтор, – напутствует меня вслед Маргарита Львовна.

Без машины, но в кроссовках
Странно, но при столь мобильной профессии «машинизированный» агент по недвижимости – явление далеко не массовое. В метро мы доехали до станции «Октябрьское поле» и отправились на улицу генерала Берзарина: там нас ждал на удивление пунктуальный клиент. Надежда Петровна включилась с ним в разговор, как будто прервала его пять минут назад. Со стороны представилось, что они давние знакомые. В действительности же это общение началось лишь месяца три назад. Вот, оказывается, как на деле выглядит профессиональная риэлторская «контактабельность», о которой Надежда Петровна говорит: «Мы фактически посвящены в жизнь наших клиентов, вплоть до их семейных взаимоотношений. Иногда приходится выслушивать людей «не по теме», сопереживать им. А установив доверие, уже легко работать».
Квартира в типовой четырнадцатиэтажной башне, где нас ждали, встретила унылым, требующим ремонта интерьером. Походили по смежным комнатам и нежилой площади, клиент с видом знатока постучал согнутым пальцем по стенам. Надежда Петровна своего мнения не высказывала, но, закрыв за собою дверь, все сошлись во мнении, что просмотры нужно продолжить. Если клиент сможет, то уже сегодня, глубоким вечером: «Созвонимся...»
На этом с ним расстаемся и отправляемся на станцию метро «Речной вокзал». Прибыв на место, смотрю на часы. При нормальном образе жизни самое время для ужина. Среди теснящих нас лотков Надежда Петровна замечает хот-дог, и на ходу ест этот плод американской цивилизации. До места, где назначена встреча второму клиенту, несколько остановок, но моя спутница предпочитает обойтись без общественного транспорта: возможно, энергия риэлтора, сохраненная сегодня за счет личного транспорта, требует выхода. И экипировка приспособлена для долгого пешего хода. Похоже, что кроссовки когда-то были изобретены специально, как предмет риэлторской униформы.
Вот и двор, где среди многих серых строений, любуясь собой, возвышается дом-новостройка. Скоро должны подойти владелица квартиры, которая продает ее, не успев в нее вселиться, и клиент, который давно остановил свой выбор на этом доме и уже знаком с планировкой его квартир по своим визитам в другие дома той же серии. Пока он не подошел, Надежда Петровна тепло рассказывает о нем, и я узнаю, что он прекрасный специалист, и его даже перевели с периферии в Москву и сразу выделили квартиру, а теперь он хочет купить однокомнатную для дочери. А когда он приходит, я опять присутствую при общении двух давно знакомых, а возможно, и родственно близких людей. Потом становится ясным, что этому деловому знакомству всего полгода... В квартиру входим при полном сумраке. Она не только не отделана, но в ней еще нет и электричества. Однако покупатель ею уже доволен. Пытаясь в темноте разглядеть помещения без окон, он щелкает над собой зажигалкой. Рядом вспыхивает зажигалка Надежды Петровны. Я радуюсь за него и за риэлтора, и за продавца, и, не устояв перед патетикой, вижу в тех огоньках символ жизни, которая вскоре пропишется в этих стенах.
... А предыдущий клиент позвонил часов в девять и сообщил, что на второй просмотр не сможет приехать. Чему, признаться, я, уже вконец измотанный, был несказанно рад.

Эмилий Архитектор