Однажды даже стреляли... Так москвичи «боролись» с дорожниками

Однажды даже стреляли... Так москвичи «боролись» с дорожниками

Приятно мчаться по новым гладким магистралям и думать: ну, наконец-то и у нас дороги стали полноценными! Тогда и добрых слов для дорожных строителей не жалко. Но чаще, особенно в ночные часы работы, им приходится слышать в свой адрес совсем другое. Главный инженер ЗАО «Компаньон» Игорь Майстренко ремонтом столичных дорог занимается с 1992 года и считает, что необходимо сказать весомое слово в защиту своей профессии.

– В последнее время финансирование ремонта дорог стало более стабильным. Бывают, конечно, сбои, но это – мелочи. Главная проблема в другом: настало время защищать дорожника. Ведь работаем для города, и обидно видеть негативное отношение к нашему труду со стороны москвичей. Юридические нормы этого труда тоже не совсем продуманы. При сегодняшних транспортных потоках и километровых пробках ограничить движение или перекрыть улицу для ремонта в дневное время довольно проблематично, хотя в округах еще возможно. А в центре города чаще всего – просто нереально. Месяц назад работали на площади Никитских ворот, там такой сложный перекрестный транспортный узел... Естественно, на таких объектах приходится работать ночью. Но согласно закону об административной ответственности за нарушение покоя граждан в ночное время, часы нашей работы серьезно ограничены. До 21 часа не спадает транспортный поток, а с 22 часов надо беречь покой горожан. В нашем распоряжении всего час, чтобы завершить шумные работы. Хотя законодательство о местном самоуправлении предусматривает ночные смены при капитальном ремонте и ремонте большими картами, т. е. такими прямоугольными «заплатками». Но с ямочным ремонтом сложнее... Если будешь по поводу каждой выбоины бегать за разрешением в управу, теряется оперативность работы. Вот и приходится на каждую ямку выводить отдельную бригаду, чтобы уложиться во времени и не раздражать людей. Конечно, экономически это невыгодно, ведь раньше бригада за смену могла сделать 150 кв. м ямочного ремонта. А сейчас стоит кому-то из жителей позвонить в инстанции по поводу шума в ночное время, и на объекте тут же появляется милиция. Остановить работу даже при официальном разрешении можно на основании «закона о шуме», а можно организовать проверку документов у рабочих. Предлог есть, увезут целую бригаду в отделение, убедятся, что все легально и официально, и к утру отпустят. Все – смена пропала. А ведь мы несем обязательства по контракту, по срокам. – А как, на ваш взгляд, можно исправить положение? – Когда идут шумные аварийные работы, например, колодец провалился или прорвало трубу с горячей водой, никто ведь не возмущается. Понимают, что ликвидируется ситуация, представляющая угрозу для безопасности людей. А серьезная выбоина на дороге тоже может привести к катастрофическим последствиям. Особенно ночью, когда темно, высокий скоростной режим. Так почему бы при срочном ремонте не выдавать дорожникам специальные аварийные ордера, чтобы мы могли спокойно выполнить свою работу? – По вашим наблюдениям, в каком округе больше конфликтов из-за этого? – Это не зависит ни от места проживания, ни от социального статуса. Только от культуры человека. Ведь многие нас благодарят за работу. И это очень приятно. А как-то ночью одну нашу бригаду обстреляли. Техника громко работала, мы даже выстрелов не услышали, только увидели, что прострелили два катка. Хорошо, что никто не пострадал. – А откуда стреляли? – Не знаю. Возможно, прямо из квартиры или с балкона. Это уже криминал, но, в принципе, определенная озлобленность некоторых людей мне понятна. Раньше москвичей радовало любое строительство, это был показатель развития страны. Сейчас строится много коммерческого жилья, и далеко не все могут воспользоваться такими благами. Это злит. С другой стороны, есть досада, что понаехали отовсюду и деньги зарабатывают за счет ущемления прав и покоя москвичей. Но ведь сами-то москвичи на эту работу не идут. – Сколько зарабатывает дорожный рабочий? – В зависимости от его квалификации. В принципе, средний уровень зарплаты от семи до десяти тысяч рублей. Мы стараемся нанимать квалифицированных специалистов. Так уж сложилось, что на дорогах неплохо работают ребята из Армении, Краснодарского края. У нас хоть и сезонные работы, а коллективы уже устоявшиеся. И все они проходят специальное обучение. Разнарядки на повышение квалификации ежегодно рассылаются всем подрядным организациям, работающим в каждом округе. – Если всех обучают, то почему асфальтовое покрытие столичных дорог и тротуаров чуть ли не ежегодно приходится латать? – За всех я не могу отвечать, может, кто-то пользуется услугами неквалифицированных рабочих. И халтура имеет место. Бывает, привезут асфальт, и вдруг пошел дождь. Но кому хочется выбрасывать целую машину асфальта? Это ведь огромные деньги. Вот уже технология нарушается. Может в самой смеси оказаться скрытый брак. Конечно, существует входной контроль и на заводах, и мы сами его осуществляем. Но он выборочный. А во всей машине вполне может оказаться фрагмент пережженного асфальта, который в общей массе не виден. Когда все попало в укладку, дефект заметен, но прервать технологический процесс укладки уже нельзя. Все исправляется впоследствии. Существует черный список заводов-производителей, с кем не стоит иметь дело. Еще надо учесть, что при ремонте мы заменяем только верхний слой, слой износа. Но «пирог» работает целиком. Нагрузка распределяется и на нижние слои: бетонное основание, щебенку. Вообще, если у дороги низ ослаблен, каким бы прочным ни был верхний слой – внизу идут подвижки, значит, будут трещины. Близость воды, осадки – все это влияет на состояние полотна. На набережных просадки, провалы случаются довольно часто. – А кто отслеживает состояние дорог? – Балансодержатели дорог, дорожная инспекция ОАТИ, центр мониторинга УЖКХ правительства Москвы, службы ГИБДД. В конечном итоге балансодержатели, Генеральная дирекция конкретного округа, ДЕЗы районов заключат с нами договор на ремонт асфальтобетонного покрытия. Конечно, все это на конкурсной основе. Если удается выиграть тендер, только тогда с нами заключается контракт. И, конечно, на каждом этапе существуют свои проблемы. Например, заключив годовой контракт на текущий ремонт, мы вынуждены каждые три месяца обновлять пропуск для грузовой техники на въезд в центр города. Любая накладка может привести к срыву сроков. А у нас обязательства по тендеру. Если контракт заключен на год, почему бы и пропуск не офор-млять на год? Чтобы не в ущерб делу...

Ольга Мирошниченко