Валентина Терентьева: «На крыше зимние сады, а люди в квартирах мерзнут»

У МосжилНИИпроекта широкий диапазон. Его специалисты принимают участие в строительстве, реконструкции, капитальном ремонте зданий. В недрах института разрабатываются оригинальные конструкторские решения, сюда поступают на экспертизу всевозможные проекты. Под крышей института объединено 4 мастерских. Сегодня наш корреспондент беседует с Валентиной Терентьвой, руководителем 1-й мастерской МосжилНИИпроекта, занимающейся жилищным фондом города.

Квартирный ряд: У МосжилНИИпроекта немалый опыт в капитальном ремонте и реконструкции жилищного фонда...

Валентина Терентьева: Да, наш институт занимается жилищным фондом практически со дня своего основания. А существуем мы уже 43 года.

У каждой из наших мастерских есть некоторая специализация. Возможно, в скором будущем работа нашей, 1-й мастерской, сосредоточится на капитальном ремонте жилищного фонда. Направление это сейчас для города очень актуально. В свое время, до перестройки, по капремонту существовало перспективное планирование – на пять лет, год, квартал. Затем все рухнуло, и больше 10 лет капремонтом не занимались вообще.

Сейчас не знаешь, за что хвататься. Все в плачевном состоянии, особенно старые дома, 60-70-х годов постройки, хрущевки, те что не идут под снос. 515-я и 511-я серии остаются. Среди них есть здания и панельные, и кирпичные. В общем-то здоровые, нормальные дома, но отопление там уже никуда не годится. Срок его эксплуатации истек. Водопровод, канализация, вентиляция работают плохо, мусоропроводов и лифтов нет.

Недавно на заседании правительства Москвы говорилось о капремонте, о том, чтобы довести этот жилищный фонд до современного уровня комфорта. Но как это без отселения сделать? Там такие лестничные клетки маленькие – не развернешься. А что-то достраивать – это уже реконструкция. Мусорокамеры пристроить, внутренний водосток сделать, лифты… Надо подумать об инвалидах: как без лифта им подняться даже на второй этаж? Даже на первый – без пандуса?..

К.Р.: Да, ремонт в доме может довести до инфаркта...

В.Т.: Вот потому я и говорю: программа капремонта должна быть тщательно продумана. В основном все инженерные сети домов постройки 60-70-х годов пришли в негодность и требуют замены. Поскольку в то время было неважное качество строительных материалов, в частности стеновых блоков, плит, перекрытий, очень часто приходится и их ремонтировать, а как это делать при жильцах? Если прогиб плит превышает нормативы, как я могу оставить эти плиты?

Некоторые люди не хотят на время ремонта выезжать. Боятся, что на старое место не вернутся. Готовы даже жить в одной комнате, а во второй чтоб меняли перекрытия. Можете представить, что это такое?.. В общем, вопрос, как это все практически выполнять, пока остается открытым.

Кстати, подобная ситуация возникает и в процессе переселения. Сносили дом напротив Ваганьковского кладбища. Мы тогда для этой «волны» стартовые дома проектировали. И вот жители из соседнего, аварийного дома не уезжали, они терпели все лишения – работу башенных кранов рядом, большегрузные панелевозы, грязь. Терпели, пока их не переселили в построенный рядом на Большой Декабрьской дом.

К.Р.: Закончилась эра типовых жилищ. Каждый, кто имеет средства, хочет, чтоб его дом был неординарен. Перепланировка ведь тоже в вашем ведении?

В.Т.: Да, и эта тема для отдельной беседы. Самовольные перепланировки сейчас очень распространены. Делают, что хотят, не считаясь с элементарными нормативными требованиями. А потом начинается деформация стен, перекрытий, и нам приходится в срочном порядке это выправлять. Когда ко мне приносят проект для технического заключения, я всегда тщательно смотрю конструкции. Некоторые заказчики начинают нервничать, когда задаешь вопросы по существу, они к этому не готовы.

Бывает, дают проект на рецензию, смотришь его и думаешь: боже мой, что же это за проект, в котором конструктивный раздел вообще никак не освещен? Одни картинки. Поражаюсь, как специалисты – архитекторы, дизайнеры – ухитряются не думать о конструкциях, о безопасности людей, того же заказчика, когда предлагают свои решения по планировке.

За каждый проект, выходящий из моих рук, я отвечаю юридически. Далеко не все фантазии реально воплотить, особенно в наших старых домах. Пролеты между несущими деревянными балками бывают до десяти метров. А заказчик хочет убрать несущие перегородки и сделать громадное помещение для джакузи. И многочисленные фирмы, получившие лицензии на переустройство помещений, идут у «мечтателя» на поводу. Почти гарантировано: удовольствие такой новосел получить не успеет – перекрытие над квартирой может рухнуть ему на голову.

К.Р.: В сознание людей снова, несмотря на долгие годы социализма, стало внедряться «хозяин – барин».

В.Т.: Сейчас очень много приватизированных квартир. Хорошо, когда у квартиры, дома есть хозяин, но медаль имеет, как известно, и оборотную сторону. Те же самые приборы отопления ставят кому какой в голову взбредет, а в результате вся система разлаживается, и соседи мерзнут. А воздействовать очень трудно. «Не пущу!», и все. Те же проблемы возникают, когда надо поменять, допустим, стояк водопровода или канализацию. Просто не пускают в квартиру. Он сделал евроремонт, ему хорошо, а как остальным – его не волнует.
Не дают ремонтировать аварийные балконы. Проржавела арматура, бетон осыпается, выходить на них нельзя категорически, а менять не хотят! Например, жильцы дома на Космодамианской набережной написали Лужкову, что им не требуется замена балконов, хотя наши изыскатели каждый балкон обследовали. Около полугода вместе с префектурой их уговаривали. Трудно понять, когда предлагают бесплатно сделать новые балконы, а люди отказываются.

К.Р.: Вернемся к перепланировке. Какие еще идеи посещают хозяев квартир?

В.Т.: К примеру, часто меняют местами кухни с санузлами, спальни на месте кухни делают, что нельзя, так как это нарушение действующих нормативных документов, СНиПов.

К.Р.: А почему нельзя-то?

В.Т.: Потому что жить в комнате, если у вас наверху кухня, невозможно.

В некоторых «сталинских» домах 50-х годов постройки такое странное расположение жилых помещений: комната «зажата» между ванными соседских квартир. В такой комнате не до сна – постоянно шумит вода. Люди себе сами такую жизнь устраивают. Нормы же не с потолка взяты. Приходится объяснять и уговаривать владельцев изменить свои планировочные решения.

К.Р.: Особенно сейчас, зимой, много жалоб на то, что в квартирах холодно. Вот, например, подобные проблемы возникли у жильцов дома 4 по улице Павла Андреева. Что там произошло?

В.Т.: Это новый дом из 6 корпусов. Скорее всего, не совсем верный был расчет, бывают ошибки, хотя экспертизу государственную дом прошел. В нем холодно, и некоторые жильцы нарастили батареи. К тому же там на крыше были выполнены не предусмотренные проектом зимние сады из стеклоблоков. Присоединили их к домовой системе отопления, в результате жильцы стали мерзнуть и предпринимать соответствующие меры. Возникла цепная реакция... Вся система разладилось. Сейчас пишут письма, чтобы мы срочно помогли исправить положение.

Часто убирают окна и балконные двери, хотят объединить лоджии-балконы с комнатой. Ставят мощные приборы отопления и отнимают тепло у других.

К.Р.: Могли бы сказать, какие еще «типовые» трудности возникают?

В.Т.: В последнее время люди часто меняют старые или не устраивающие их оконные заполнения на новые. Вентиляция – особенно в старых типовых домах – начинает плохо работать. Она к этому не приспособлена. Отсюда появление грибка, плесени. Без реконструкции вентиляции те мероприятия, которые мы предлагаем, не дадут 100-процентной гарантии успеха. Надо искать новый подход к решению этой проблемы.

О нашем собеседнике

Валентина Терентьева родилась и выросла в Москве. После окончания школы поступила в МИСИ им. В. В. Куйбышева, закончила его. Увлекалась парусным спортом и туризмом. Замужем, двое детей. Когда дети были маленькие, пришлось на некоторое время оставить работу. Чтобы устроить детей в детский сад, сама пошла туда работать воспитателем.

В 1980 году вернулась к любимому делу и с тех пор работает в МосжилНИИпроекте. Растет внук. Любит дачу и разводит на садовом участке розы.

Мария Кронгауз