Людмила Копырина: «Булыжники я хранила в буфете»

Людмила Копырина: «Булыжники я хранила в буфете»

Кирпичный, со слегка облетевшей штукатуркой трехэтажный дом в Нижнем Кисельном переулке, еще сохранившем очарование старинных московских улиц. До революции здесь находился популярный игорный дом. Сейчас это жилое здание, и на третьем этаже в просторной трехкомнатной квартире живет и создает удивительные вещи художник-дизайнер и «белый» кузнец (потому что по серебру) Людмила Копырина.

Новый русский стиль – Только, извините, я буду работать и одновременно разговаривать с вами, – сразу предупредила Людмила. – Конечно, так даже интереснее. А что вы делаете? – У моей давней подруги Лии Ахеджаковой день рождения, и я спешу сделать ей в подарок серебряный подсвечник. – А какой он будет? – Не знаю. Вот закончу – увидим. Послушно молотку и горелке, а также ловким и сильным рукам мастерицы серебро гнулось и подавалось, приобретая нужную форму. Людмила творит по вдохновению, как знаменитые камнерезы Цвингера, без предварительных эскизов, поэтому их фавны не похожи друг на друга. Ее произведения тоже уникальны и неповторимы. – В мае прошлого года состоялась очередная ювелирная выставка «Новый русский стиль» в Гостином Дворе. Там были четыре очень серьезные номинации: платиновая, бриллиантовая, золотая и серебряная. Вы выиграли Главный Золотой приз. За какую работу? – Я сделала одному известному коллекционеру золотой оклад для иконы «Христос-Вседержитель над Московским Кремлем» – копии с иконы XVIII века. – Не секрет, сколько пошло золота? – Около килограмма. Я очень благодарна этому заказчику, который предоставил материал, и, соответственно, – возможность выполнить крупную золотую работу. Самой-то никогда столько золота не купить! – Годом раньше на том же «Новом русском стиле» вы заняли второе место в серебряной номинации. – Да, за набор для вина «Равновесие». – Вы недавно вернулись из Костромы, расскажите, что там происходило? – Журнал «Ювелирное обозрение» и другие организации провели фестиваль-конкурс «Ювелирный Оскар». Меня пригласили как члена жюри и поручили выполнить гран-при для всех четырех номинаций. Один пока еще хранится дома. Его выиграл Валерий Морозов, мастер тончайшей римской мозаики, но он сейчас в отъезде. – А ваши работы там были? – Как член жюри я не имела права участвовать в конкурсе, но представила композицию «Мастер и Маргарита», которую мы сделали вместе с художником Виталием Спитченко. За нее в декабре прошлого года на выставке «Ювелирный Олимп» в Санкт-Петербурге нам присудили первое место и вручили Золотую медаль, Диплом и специальный приз Оружейной палаты Московского Кремля. «Это и есть новый русский стиль», – такое определение приходит в голову, когда разглядываешь фигурки из кованого серебра, инкрустированного самоцветами. Они современны по дизайну, но, например, кот Бегемот с нефритовым глазом во лбу слегка напоминает традиционную русскую копилку. Мастер из каменного пояса – Как все начиналось? Откуда берутся кузнецы-ювелиры? – Когда училась в школе, мы жили на Урале, в Челябинске. Там и началось увлечение камнями. Согласитесь: в них не только красота, но и какая-то магическая сила, загадка, масса непрочтенной еще нами информации. Мама, к счастью, не противилась тому, чтобы я приносила домой много всяких булыжников, а отвела мне для них целый ящик большого буфета, где я и хранила мои сокровища. Сначала просто собирала, потом пыталась обрабатывать, выявлять их внутреннюю сущность. После школы поступила в Абрамцевское художественно-промышленное училище имени В. Васнецова. Пожарные не дали устроить печку – Как вы оказались в прекрасной просторной квартире в самом центре Москвы? – Мы съехались с братом, тоже художником, сложив вместе все свои квадратные метры, которые имели к тому времени. Правда, квартиру пришлось основательно перестроить, приспособив ее под наш стиль жизни. Здесь, например, стояла голландская печь, собственно от нее только остов остался. Мы хотели восстановить ее или сделать камин, но воспротивились пожарные: «Дом старый, перекрытия деревянные, дымоходы забиты мусором, долго ли до беды». Раз затея наша не удалась, мы декорировали бывшую печь нашими работами и подарками от друзей. Неплохо получилось? – А кто сделал эти фотопостеры? – Это Любаня, жена брата. Она фотохудожник, член Творческого союза художников. По совместительству – и хозяйка нашего дома. На ней вся готовка-уборка-магазины. Мы с братом молимся на нее, так как она, взвалив на свои хрупкие плечи все домашние обязанности, оставляет нам много времени для работы. Мы знаем, что в доме всегда чисто, и есть еда и для нас, и для наших друзей. – Вижу, что во всей квартире новые двери. Вы их недавно меняли? – Да, полностью сменили все двери и окна. Но, заказывая новые окна, сохранили форму старых: с фрамугами сверху и небольшими форточками. – Именно такие окна были характерны для двух- и трехэтажной старой Москвы. Приятно сознавать, что люди, не родившиеся в Москве, стараются сохранить ее характерные черты. – В старых московских домах обычно был парадный подъезд и «черный» ход – для прислуги. Поскольку прислуга постепенно исчезла, то одного парадного оказалось достаточно, а черный заложили бетонным перекрытием, видимо, когда проводили газ, ставили ванны и газовые колонки. Появилась возможность оборудовать здесь просторную ванную комнату с диваном для отдыха, большим трехстворчатым окном, который раньше назывался «венецианским», а на широченном подоконнике устроить целый сад. В одной из комнат – самой большой – мы разместили мастерскую. Уполовинив другую, смогли значительно увеличить кухню, устроив в ней гостиную с большим столом: у нас всегда собирается много гостей. Гости, действительно, собирались. Пришел художник Женя отметить здесь свой день рождения, за ним – Антон, ему надо было поработать на одном из станков в гостеприимной мастерской хозяев-художников. Пришла владелица галереи, где все они выставляются. Степенно появились из комнат коты – Турмалин и Топаз, соответственно черный и дымчатый. Все, кроме котов, были приглашены к столу. За обедом разговор зашел о способах приготовления различных блюд. По моему мнению, отличился Женя, вспомнив, как готовила аджику его бабушка. (см. выше)

Светлана Тихонравова


СПРАВКА «КР»

Работы Людмилы Копырина можно увидеть в Историческом музее – флаконы и бокал, в Музее истории Москвы – кубок, посвященный 850-летию города. Много работ в частных коллекциях. А выставки бывают везде: в августе – в Санкт-Петербурге. Проходили они в Париже, Берлине, Брюсселе, Риме. Недавно экспонаты вернулись из Стокгольма. Персональная выставка Людмилы прошла на Аландских островах, это территория Финляндии. Там демонстрировали свои работы художники Дании, Норвегии, а наша героиня представляла Россию.