Александр ЯРМОШ: квартира – наша колыбель

Из паспорта квартиры можно будет узнать о ней все. В том числе и об экологии жилья. Об этом в беседе с нашим корреспондентом рассказывает генеральный директор инженерного центра «Спецстройэкология» Александр Ярмош.

– Александр Иосифович, все знают о скандально известных акциях «зеленых». А что можно сказать об обязанностях и делах «Спецстройэкологии»?
– Только не путайте нас с «зелеными». Они, защищая природу, обособляют ее от человека. Мы же, сознавая нереальность такой разводки человека и природы «по разным углам», ищем пути их примирения.
– Но ведь действительно человек изрядно вредит матушке-природе.
– Когда корова идет по полю, она тоже ему вредит: траву поедает…
– Это, что называется, восполнимый урон. Человек же нередко вторгается в святая святых, оставляя за собой едва ли не «выжженную землю». Вы выступаете против «размежевания» человека и природы, хрестоматийно ссылаясь на то, что мы – ее часть. Где же выход из противоречий между «частью и целым»?
– В России, на мой взгляд, нужно бы начинать с рассредоточения. Мы занимаем огромнейшую территорию, которая на многих сотнях километров совершенно не освоена. Население в основном концентрируется в ее европейской части. А надо бы снизить «нагрузку» на один квадратный километр земли. Для этого – создать такие условия жизни и труда, чтобы человек захотел прочно осесть на пока еще неосвоенных просторах страны. Ничего нового я не предлагаю. Ведь когда-то уже одним из «программных документов» предусматривалось, что 70 миллионов населения обживет новые края, где люди будут себя чувствовать привольнее. Может быть, в этом и есть некая национальная идея: россиянин должен крепко стоять в любой точке своей страны – не только в ее центральных районах.
А экологически чистые условия проживания, которые сулит такого рода рассредоточение, – это же, естественно, приведет и к росту рождаемости населения. Из статистики Минздрава известно, что 5–6 миллионов семейных пар в России не способны иметь детей.
– Вы напрямую это связываете с плохой экологией?
– В немалой степени – да… Вот птицы свили гнездо, а птенцов у них нет. Тогда они меняют гнездо.
– Глубоко копнули, однако. Но отвлечемся от вполне глобальных проблем, решение которых не рассчитано на день завтрашний. А как далеко ваши коллеги из «Спецстройэкологии» смогли продвинуться на своем «непаханном поле» за те почти десять лет, что служат не очень-то распространенной у нас профессии?
– Пожалуй, в сознании тех, кто возводит здания, понятие «строительная экология» стало прочно входить именно с нашим появлением на объектах. Здесь мы занимаемся химико-физическими измерениями по всем существующим параметрам: по радиационному излучению (как на стадии землеотвода, так и в процессе строительства), которое может исходить от грунта и от поставляемого с карьеров щебня, по загрязненности воздуха в помещении фенолом и формальдегидом, причиной чего чаще всего становятся отделочные материалы; интересует нас и состояние микроклимата в помещениях, уровень в них шумов и, возможно, наличие вибрации.
Не скажу, чтобы нас уж очень радушно встречали, особенно вначале. Еще бы! Ведь мы, придя на стройплощадку, можем заявить: «Вы не тот песок (или кирпич) завезли». А то еще на самой начальной стадии обнаружим, что грунт «фонит» и его следует заменить. Для строителей – лишние хлопоты: они же привыкли к тому, что их заботы сводятся лишь к скорейшей сдаче объекта, особенно если это жилье.
Но нынешнего покупателя квартиры не сравнить с тем квартиросъемщиком, который был счастлив, получив бесплатный ордер. Сегодняшний новосел, обнаружив экологическую «некондицию» в только что приобретенном жилище, идет в суд, где его иск при такого рода обвинениях, вероятнее всего, будет удовлетворен. Именно потому, что строители подсунули ему «кота в мешке», не посвятив его в недостатки предлагаемого товара, которые как раз и указаны в санитарно-экологическом паспорте, разработанном нашими специалистами. В свое время в «Главмосстрое» было принято распоряжение, согласно которому все строящиеся объекты в обязательном порядке должны проходить паспортизацию. Узнав из документа, что предлагаемый товар не без «червоточинки», покупатель может от него отказаться или же решает его приобрести за более низкую цену. Но тогда уже претензии он не вправе предъявлять никому, кроме как себе, и, значит, в суд уже не пойдет. Выходит, что санитарно-экологический паспорт защищает как покупателя, так и строителя. И, пожалуй, более всего последнего. Ведь чем для строительной организации чреват почти наверняка проигранный суд? Ее руководство будет обвинено в нецелевом использовании кредита (говоря популярней, в том, что залезло в карман покупателя), как результат этого – перекрывается банковский счет, и строители остаются без зарплаты.
– Ну хорошо, выдаваемый «Спецстройэкологией» паспорт отладит взаимоприемлемые отношения между продавцом и потребителем (один – искренне покается, другой – на этом сэкономит и по собственной воле будет вдыхать фенол и формальдегид). А как такой альянс скажется на качестве возводимых зданий?
– Исходя из наших показателей, заказчики и генподрядчики должны предъявлять свои претензии к поставщикам: «Мы построили дом, но из-за ваших материалов потерпели убытки; или поднимите их качество, или мы вынуждены будем отказаться от ваших услуг». Вот такая прямая связь прослеживается между санитарно-экологическим паспортом и качеством сдаваемых в эксплуатацию объектов. Хотя, конечно же, никто не может обещать, что в ближайшее время в России начнут строить только экологически чистое жилье.
– Александр Иосифович, но если «краткосрочный прогноз» не может внушать оптимизма, то как быть тем, кому не повезло вселиться в экологически благополучное жилище – то ли у них выбора не было, то ли они решили сэкономить или же, что не исключено, оказались в нем еще до введения паспортизации.
– Зная об экологической ущербности помещения (о чем опять же проинформирует паспорт или, за его отсутствием, последующее обследование помещения специалистами), можно принять меры против вредных воздействий различных загрязнений воздушной среды на здоровье человека. В частности, добиваются этого, улучшив воздухообмен в местах его пребывания. Теперь начали строить жилье, вентилируемое как по вертикали (а это было принято всегда), так и по горизонтали, что предполагает использование только принудительной вентиляции, действующей 24 часа в сутки. Она необходима в высотных зданиях, уж если мы не в состоянии отказаться от их строительства. Да и в домах, где устанавливаются стеклопакеты. Мы это новшество позаимствовали из-за границы ради эффективного энергосбережения. Но оказалось, что при этом полностью закупорили себя в стенах. Теперь, когда хватились, обнаружили, что за рубежом стеклопакетам обязательно сопутствует механическая вентиляция. Но не бытовые кондиционеры, к которым у нас приобщились не только в офисах, но и во многих жилых квартирах. Я считаю, что в наших условиях они малоприемлемы, поскольку вне юга России жаркое время года – это всего полтора-два месяца.
Двух-, трехкратный воздухообмен в квартире, достигаемый за счет принудительной вентиляции, по данным московских ученых, позволяет избавить ее от вредных химических воздействий.
– Только ли строители отвечают за пристрастие к химии? Разве сами жильцы не усугубляют экологическое состояние своего обиталища?
– Да, у нас бывали случаи, когда паспорт не предвещает будущему жильцу никаких осложнений. Но проходит время, и к нам поступает от него жалоба на нездоровый воздух, который и открытая форточка не способна освежить. Обнаруживаем, что новосел, мечтая об уюте, покрыл деревянный пол ковролином и приобрел новую мебель, украшенную благородным шпоном, но ее древесностружечную суть, замешанную на химии, так и не удалось скрыть.
Думаю, что в нашей стране, где неисчерпаемые лесные богатства, следовало бы вернуться к естественным материалам. Вспомним, что даже в хрущевских пятиэтажках первых лет полы были паркетными. Да и от пластиковых стеклопакетов, завозимых из стран, где нет таежных далей, тоже можно отказаться, наладив производство собственных, с деревянной основой. А сколько при этом удалось бы создать новых рабочих мест!
– Меняется ли как-то с годами экология жилых и прочих помещений, и с чем это связано?
– В минувшем году пришлось несколько дополнить содержание прежнего паспорта. Конечно же, продиктовано это отнюдь не улучшением экологии наших помещений, а, в частности, издержками всеобщей компьютеризации. Нас озаботило то, что создание компьютерных классов в школах совершенно не учитывало неблагоприятное воздействие излучения, которое исходит от мониторов, на детский (и не только) организм. Правда, последние поколения компьютеров уже снабжены защитой от этих негативных воздействий, и с заменой тех, что отслужили свой недолгий век, проблему удастся снять.
Мы видим, что, пусть и нелегко, и не по мановению волшебной палочки, но нам все же удалось изменить к лучшему отношение строителей к требованиям экологии, особенно – жилища. Ведь, по сути, квартира – это наша колыбель. А все в этой жизни начинается с колыбели.

О НАШЕМ СОБЕСЕДНИКЕ:
Александр Иосифович Ярмош родился в 1948 году. Работать на производстве начал с 13 лет и в 35 был награжден медалью «Ветеран труда». Окончил Московский монтажный техникум. Имеет высшее партийное образование. Был монтажником и инженером вентиляционных систем и оборудования. Проблемами экологии занимается по призванию: любит природу, в молодости увлекался спортивным туризмом. Десять лет назад создал инженерный центр «Спецстройэкология». Заслуженный строитель Российской Федерации.

Эмилий Архитектор