Петр Дранга: «Я – шумный сосед!»

Петр Дранга: «Я – шумный сосед!»

Этот молодой музыкант вернул на сцену жанр, который долгие годы был забыт – игра на аккордеоне. Петр Дранга – лауреат многих престижных международных конкурсов, за его плечами победы на фестивалях в Испании и Италии. Он зажигательно музицирует, сочиняет и мечтает выступить с симфоническим оркестром.

Греческий мальчик
– Петр, фраза «талантливый человек – талантлив во всем» – это про тебя? – Спасибо за такие слова. Знаешь, о талантах не нужно говорить, их нужно проявлять! Я стараюсь занять свое место в музыкальном искусстве. Я рос в семье, где аккордеон был главным инструментом. Но поскольку меня учил отец, известный аккордеонист, человек довольно жесткий, то хотел я того или нет, приходилось по четыре часа в день заниматься. Хотя других увлечений было достаточно. – Например? – Например, мне хотелось иметь свой зоопарк. Очень люблю животных. – В твоей фамилии слышится что-то греческое... – Мой дед был грек, и эта фамилия в нашем роду переходит по мужской линии из поколения в поколение. Правда, если правильно по-гречески, то фамилия звучит Дрангас. Со временем она «обрусела». А вот мама моя из Ростова, папа с ней там и познакомился. Он был ее преподавателем по аккордеону, у них начался бурный роман, и отец увез маму в Москву, где и родились две мои старшие сестры и потом я.
Приятель оказался воришкой
– Ты начинал свою карьеру на Северном Кавказе. Каким ветром тебя туда занесло? – Был в моей жизни момент, когда надо было поработать вдали от родительского дома. Я решился на чистой воды авантюру: купил билет на первый попавшийся поезд, вышел на станции между Туапсе и Сочи в совершенно незнакомом месте. Мною двигало одно – хотелось заработать денег и купить в Москве студию. В кармане у меня тогда было 1 500 рублей. Пока ел на станции беляши, познакомился с каким-то пареньком. Думаю, вместе будет веселее чего-то ждать, искать... А этот самый паренек в тот же день меня обчистил. Слава Богу, аккордеон не взял, а вот деньги все вытащил. – И как же ты? Без денег, в незнакомом месте, вдали от дома... – А что! Так бывает – и это здорово! Уже через два часа ко мне на улице подошел какой-то мужик и попросил опохмелиться. Разговорились – оказалось, он с братом держит ресторанчик на берегу моря, и уже вечером я играл там на аккордеоне. Каждый вечер потом там работал, после перебрался в Туапсе и через три месяца вернулся в Москву. Купил небольшую студию, начал делать аранжировки и с этими композициями выступать в столичных клубах и ресторанах.
Александру Пескову отдельное спасибо!
– Немногие из тех, кто играет в ресторанах, вырываются на большую сцену. И далеко не всех приглашают на телевидение... – Мне повезло! В одном казино меня заметил Александр Песков и пригласил в свое шоу. Мы много гастролировали, я выступал «вставным» номером. Песков подарил мне огромную концертную практику, за 7 месяцев мы отработали 300 концертов. – Говорят, на одной из вечеринок Песков выиграл в казино 15 000 долларов и купил тебе за эти деньги аккордеон... – Это байки. Аккордеоны я покупал сам. – Сколько их было в жизни? – Пять, если не считать тех маленьких, на которых играл в детстве. – Что предпочтительнее исполнять: собственные сочинения или чужие? – Конечно, свои. Но так много есть вещей, которые приятно играть. Очень люблю музыку Андрея Петрова, она очень добрая и позитивная. – А когда посещает вдохновение? – Оно приходит внезапно. Чаще, когда на несколько дней остаюсь дома один. – Много уже написал? – Не сказал бы. Долго вынашиваю свои идеи – бывает, по несколько месяцев. Пока готово около 10 авторских композиций. Все остальное – в разработке. – Какие перспективы ты видишь для молодых аккордеонистов сегодня в России? – Перспектива есть всегда, когда есть желание экспериментировать и работать на стыке жанров. Я придерживаюсь правила «тише едешь – дальше будешь». Сцена воспитывает артиста много лет. Быстрая популярность не дает человеку стабильности в его профессии. Именно поэтому так быстро угасают «однодневки» – и звезды, и проекты. Я благодарен судьбе за то, что могу развиваться на сцене.
О самостоятельности
– Тебя часто приглашают в юмористические программы. Недавно ты аккомпанировал Надежде Бабкиной, Максиму Галкину. Нет желания заняться серьезной программой? – Думаю о концертах с хорошими виолончелистами, скрипачами. А моя мечта – сыграть с симфоническим оркестром на телевидении. Но пока говорить об этом рано. Я пишу много разной музыки и в самых разных жанрах и стилях – от клубной до лирических баллад. Все это обдумываю, довожу до ума и потихоньку выношу на суд зрителей. – Других аккордеонистов слушаешь? – Конечно. Мне безумно нравится Гальяно. Когда настроение плохое, спасает любимая музыка. – Кто шьет тебе костюмы? – Делаю все сам. – Самостоятельность в российском шоу-бизнесе – явление редкое... – У нас в коллективе все вопросы решаются сообща, и все прислушиваются к мнению друг друга. Это называется просто – свобода. И я ее очень ценю. Например, появилось новое произведение – сначала его все вместе слушают, каждый высказывает свое мнение, потом я отыгрываю эту вещь на концертах и по результату вижу, удалась ли... – Как родители отнеслись к твоим успехам? Все-таки твой отец – известный аккордеонист... Давали тебе советы? – Конечно. Я к ним прислушиваюсь, но делаю по-своему. Сейчас меня очень тянет к родителям, стараюсь найти минутку, чтобы пообщаться. – Ты живешь отдельно от них? – Да. Но далеко уезжать не стал – моя квартира на той же улице, что и родительская. А окна – прямо на Коломенское, благодать! Открываешь окошко – и запах свежескошенной травы! С удовольствием жил бы где-нибудь за городом, в деревянном доме с видом на лес и речку. Но с моим ритмом жизни это невозможно.
Синее море на белой стене
– Почему у тебя дома все белое? Любимый цвет? – Греческий стиль. Это когда минимум всего. Квартира дышит, когда светло и солнечно. Я за минимализм. Ты, наверное, заметил, что дома нет ничего лишнего? Только удобная кровать, большой стол, большой шкаф и диван. Белый цвет создает ощущение пространства. На белом сразу видна чистота. – Есть ли любимое место в доме? – Это студия. Моя мастерская. – Долго ее собирал? – Полгода приобретал аппаратуру. Заказывал, бегал по музыкальным магазинам. Потом осваивал то, чего не знал и не умел. Когда зазвучала первая музыка, получал от соседей по полной программе. После концертов домой возвращался поздно, где-то после одиннадцати, и вся моя студийная работа начиналась около полуночи. Я включал звук на полную громкость и потом выслушивал от соседей... И вставлял новые стекла, которые разбивали разгневанные бабушки. – Как-то решил эту проблему или продолжаешь мучить соседей? – Помогло телевидение. Когда соседи увидели по телевизору, чем я тут сутками занимаюсь, стали ко мне более благосклонны и теперь каждый раз, когда встречают, обязательно сообщают: «Ой, Петенька, мы тут видели – ты молодец!». Так что конфликт разрешился сам. А вообще их понимаю – я шумный сосед! – Часто принимаешь гостей? – Гостей я люблю. А официальных приемов не устраиваю. Свободное общение важнее, чем хороший стол. – Есть ли в доме какой-нибудь талисман? – Это картина, которая висит у меня над кроватью. Пасмурно, море, закат, волны... Иногда кажется, что это настоящее море. Иван Ильичев