Как поссорились Олег Петрович с Ильей Петровичем

Участники долевой собственности нередко прибирают к рукам общую недвижимость, игнорируя права других владельцев. При этом обидчик уповает на свою силу и устоявшийся порядок вещей, совершенно не думая о том, что нормы закона могут стать мощным оружием слабых.

Вот он, райский уголок!

«Мне до конечной», – Илья Петрович Гуляев сунул контролеру смятую бумажку и снова повернулся к автобусному окну, погружаясь в созерцание окрестных пейзажей. Стоявшая рядом тетка расположила свою корзину прямо на ноге восторженного пассажира, но тот словно этого не замечал.

Мимо окон проплыли аккуратная церквушка, скромный магазинчик, дома дачников, утопающие в зелени. Вот, наконец, и его остановка – Илья Петрович лихо спрыгнул с подножки и, вдохнув полной грудью, двинулся по знакомой тропинке.

Теперь-то он понял, что нашел старший брат Олег в этой деревенской глуши! Лес дышал свежестью, и странно было думать о том, что всего полчаса часа назад он, Илья Петрович, трясся в душной суетливой электричке... Как же угодила тетка, оставившая в наследство небольшой участок на этой райской земле!

Завидев ладный, весь в цветущих яблонях дом, Илья Петрович отругал себя за то, что давно здесь не был. Олег вот перебрался за город пять лет назад, сразу после оформления наследства. И хотя дом и участок были поровну поделены между братьями, Гуляев-старший сразу вжился в роль хозяина гнезда – благо как раз подоспела пенсия.

Подойдя к участку, Илья Петрович заметил родню, деловито склонившуюся над грядками. Оглядев идеально ровные посадки, резную беседку, парничок и посыпанную свежим щебнем дорожку, гость от души рассмеялся: «Ну, ребята, будем вас раскулачивать!»

Кто в доме хозяин

Выгрузив из сумки гостинцы, Илья Петрович попросил чаю. Вдохновленный местными красотами, он тарахтел без умолку и не замечал тревоги на лице брата. Ускользнуло от внимания гостя и раздражение, с которым жена Олега шлепнула на стол чайник.

Наскоро перекусив, Гуляев-младший отправился на прогулку. Деревня, знакомая ему по далеким студенческим каникулам, заметно одряхлела, хотя перед Домом культуры по-прежнему высился бородатый селекционер, высеченный в камне. Кое-где красовались коттеджи, но деревья и река были столь же хороши, как много лет назад.

«Цивилизация, конечно, подступает, и все же – благодать!» – констатировал Илья Петрович по возвращении и громко, фальшивым голосом пропел: «О лес! О жизнь! О солнца свет! О свежий дух березы...» Но брат с женой явно не были готовы разделить его радостное настроение.

«Илья, послушай, – Олег смущенно покашлял. – Мы, разумеется, рады тебя видеть, но скоро приедет на отдых дочь с семьей... Сам понимаешь, места у нас немного... Словом, ты надолго к нам в гости?»

Эйфория мигом улетучилась, уступив место недоумению. Конечно же, он и сам в шутку называл себя гостем, но с каких это пор Олег стал хозяином? У него, Гуляева-младшего, есть бумаги, подтверждающие право на половину дома. Мало того, даже как-то деньги давал на его обустройство! Так в чем же дело?!

На спорной территории

Разговор, затянувшийся далеко за полночь, был полон откровений. Илья вдруг осознал, что его в качестве собственника никто никогда не рассматривал.

Гуляев-старший, в свою очередь, кипел от возмущения: Илья совсем не занимался домом, а теперь – претензии предъявляет! Деньги он, видите ли, давал – а ты сначала докажи! Не промах младший братец, ой не промах... Накарябав цифру на клочке газеты, Гуляев-старший протянул ее брату: «Даем за твою долю неплохие деньги. Займу у зятя, он у нас крутой».

Взглянув на сумму, Илья Петрович взял карандаш и, хмыкнув, приписал к ней два нуля: «Продам только на таких условиях. Хватит из меня дурака делать!»

Вскоре Гуляев-младший покинул дом, но лишь для того, чтобы через неделю вернуться с пачкой документов. Но горе-собственник не поверил своим глазам: вместо деревянного забора вокруг спорной недвижимости стояла железная ограда. Табличка на двери гласила, что отныне дом охраняется некоей серьезной организацией – «с использованием оружия и собак».

Похоже, Олегу помог-таки крутой зять... О том, чтобы проникнуть на участок, не могло быть и речи.

Холодная война

«Железный занавес» стал первым атрибутом «холодной войны», развязавшейся между братьями. Они еще надеялись договориться о цене доли, но в спор вмешались жены, и все благие намерения пошли прахом...

Когда на заборе появилась видеокамера, Илья Петрович понял: пора действовать. Заручившись поддержкой юриста, он подал иск, который на юридическом языке звучал как нечинение препятствий в пользовании имуществом. Разбирательство шло почти год, но правота обиженного сособственника была подтверждена.

Только с помощью пристава Гуляев-младший смог попасть на территорию участка. Илья Петрович понимал: стоит выйти за железные ворота, и обратно его уже не пустят. Призвав на помощь жену Машу и сына Пашку, он решил держать осаду в занятой комнатке дома.

Вскоре зять Олега повадился ставить свой огромный джип прямо под окнами «гостей», потом исчезли цветы, посаженные Машей. Последней каплей стала... любимая телескопическая удочка Ильи Петровича – сломанная чьей-то недоброй рукой, она теперь покоилась в куче мусора у забора.

С такой потерей Гуляев-младший смириться уже не мог. «Не буди лиха, пока оно тихо, – прошипел он и подозвал сына. – Пашка, я тут подумал, можешь приглашать ребят на день рождения. Да, и Мишу обязательно позови!»

Павел не верил своим ушам: еще вчера отец распекал его за легкомыслие и дружбу с Мишкой, по которому «тюрьма плачет», и тут вдруг...

«Я все понял, – улыбнулся сын. – Конечно, позову».

Без потерь

Оставив сына «в тылу противника», Илья Петрович отбыл в город, на очередную консультацию с юристом. Ситуация требовала незамедлительного решения – на продолжение «боевых действий» сил уже не хватало.

Вечером Гуляев-младший снова шел знакомой лесной тропкой, но ни трели птиц, ни дымка над речкой его не радовали, как прежде. Он шел с твердым намерением выдвинуть брату ультиматум. Но...

Когда Олег открыл ему дверь, Илья не узнал брата – тот выглядел крайне уставшим. Похоже, Пашкин «день рождения» удался.

«Этот конфликт мне основательно надоел, – твердо заявил Илья брату. – Так что снова предлагаю тебе выкупить мою долю. В противном случае буду требовать раздела дома».

И Гуляев-младший изложил суть дела. Разумеется, вопрос о возможности выдела его доли в натуре будет решаться на основании заключения эксперта. Но дом – не квартира, к тому же участок огромный, так что суд наверняка встанет на его сторону. А там уж Илья или продаст долю «на сторону», или сам с семьей займет половину дома.

Неизвестно, что больше испугало Олега Петровича – угроза ли заполучить в соседи совершенно посторонних людей или же перспектива делить крышу с шумным племянником. Но он согласился на условия брата – правда, попросив немного сбросить цену.

Прошел еще год. На деньги, вырученные от продажи доли, Гуляев-младший купил участок с домом в соседней деревне. И все бы хорошо, да вот только со старшим братом он теперь не общается. И, похоже, общаться пока не собирается.

Комментарий

Александра Бузина, юрист:

– По правилам п. 1 ст. 247 Гражданского кодекса владение и пользование имуществом, находящимся в долевой собственности, осуществляется по соглашению всех ее участников, а при недостижении согласия – в порядке, устанавливаемом судом. К сожалению, некоторые сособственники забывают об этой норме, начиная считать общее имущество только своим – именно это и произошло с Олегом Петровичем.

Нередко одни участники долевой собственности на недвижимость нарушают закон, отказываясь пускать в квартиру или дом других собственников. Последним ничего не остается, как обращаться в суд с иском о нечинении препятствий в пользовании имуществом.

Но победа в зале суда не всегда гарантирует беспрепятственный доступ в дом или квартиру – вселяться зачастую приходится при помощи приставов. Те, кто привык считать себя единоличными хозяевами недвижимости, начинают строить козни вселившимся, делая их жизнь невыносимой. Или снова меняют замки, в который раз выставляя сособственников на улицу.

Что же остается «слабой стороне»? Конфликтовать, плести интриги, пытаться договориться о порядке пользования имуществом – или искать покупателей своей доли (сделка должна быть совершена с соблюдением преимущественного права покупки). Есть еще один вариант: п. 2 ст. 252 Гражданского кодекса дает участнику долевой собственности право требовать выдела своей доли из общего имущества.

Выдел производится в судебном порядке, к разбирательству привлекается эксперт, который решает, возможна ли подобная процедура без несоразмерного ущерба имуществу. Если выдел доли в натуре невозможен, выделяющийся собственник вправе претендовать на выплату ему стоимости доли другими собственниками.

Как правило, разделить квартиру, снабдив ее отдельным выходом, невозможно. А вот часть дома, скорее всего, может быть выделена в натуре – особенно если речь идет о половине доли.

Ксения Новикова