Любимый племянник оставил тетушку без квартиры

В отношении жилья больших консерваторов, чем москвичи, в России, пожалуй, не сыщешь. Для иного жителя столицы переехать с одной улицы на другую все равно, что уехать в другой город. Такой консерватизм сыграл злую шутку с нашей героиней.

Развод
Разводились Ефимовы надрывно. Тамара Никаноровна никак не могла взять себе в голову, что муж уходит к другой женщине. Как же так? В квартире всегда уютно, идеальная чистота и порядок, муж с дочкой обстираны и накормлены. Солений-варений летом на весь год заготавливала, даром, что своей дачи нет.
Дом полностью был на ней, мужу оставалось после работы только на диване сыто полеживать да переключать кнопки на телевизоре. Когда же муж делал попытку помочь ей по дому, Тамара Никаноровна решительно отстраняла его от домашних хлопот. Она совершенно не терпела ничьего вмешательства.
– Ну, тогда не жалуйся, – обижался муж и ворчал, что и девчонку она избаловала, та ничего не умеет делать по дому.
Тамара Никаноровна искренне считала, что делает все во благо семьи и не понимала, что давно сделала из мужа и дочки узников заведенного ею порядка. Она не оставила им пространства для своей жизни. Окружила тотальной заботой, как колючей проволокой. Много лет спустя, когда дочь спросила у нее в отчаянии, неужели она никогда не сомневалась в своей правоте, Тамара Никаноровна удивилась:
– А что, разве я когда-нибудь делала что-то плохое?
Первым не выдержал муж. Он подал на развод, и, что больше всего возмутило Тамару Никаноровну, на раздел квартиры. Правда, при разъезде уступил им с дочкой лучший вариант – большую, чуть ли не в двадцать пять метров комнату в двухкомнатной квартире в хорошем районе, а сам перебрался в комнатушку где-то у черта на куличках. Туда же переехала его новая жена, которая до этого жила с матерью.

Коммуналка
Если б Тамару Никаноровну не заклинило на вселенской обиде, то она бы оценила, как повезло ей при разъезде. Их сосед по коммуналке почти сразу же уехал куда-то, не то на Чукотку, не то на Камчатку, забронировав за собой комнату и закрыв ее на ключ.
Соседи рассказали, что он очень болезненно перенес измену любимой жены и уход ее к его лучшему другу. После двойного предательства он ожесточился, мотался по «северам» то с геологами, то с рыбаками. В Москву, если и наведывался, то выдерживал здесь недолго, быстро спускал все сбережения и опять исчезал.
Фактически получилось, что у Тамары Никаноровны с дочерью была своя отдельная квартира. Для нее это было спасением, потому что жизни в настоящей коммуналке она бы не выдержала – натурально начинала болеть, если обнаруживала в квартире беспорядок.
А дочь тем временем вышла из-под ее контроля. И институт выбрала не тот, и жениха нашла родом с Украины. Нет бы – выйти замуж за москвича с квартирой, как это делают умные девушки!
«Хохла» прописывать теща категорически отказалась. Подающего надежды молодого специалиста с удовольствием взяли бы на работу в хорошую фирму, но… только с московской пропиской. Можно было устроиться куда-нибудь и без прописки, но зарплату при этом предлагали вдвое меньшую.
В глубине души Тамара Никаноровна надеялась, что, помыкавшись, зять уедет к себе на родину, а они с дочкой снова останутся вдвоем. Зять и вправду вскоре засобирался. Но только вместе с женой. Как ни отговаривала Тамара Никаноровна дочь уезжать из столицы, та своего решения не изменила.
– Ну, тогда можешь вообще никогда ко мне не приезжать! – в сердцах выпалила мать, ведь она искренне хотела, чтобы ее дочь жила лучше, а та никак этого не понимает.
Так она осталась одна. Дочь присылала открытки к праздникам, коротко сообщала и о том, что нового-хорошего произошло в ее жизни. Мать не очень-то этому верила. Но однажды встретила дочкину подругу, и та с ноткой зависти сказала:
– Надо же, как вашей Ленке повезло! Не побоялась уехать – и все теперь у нее есть: и работа, и квартира, и ребенок, и муж, какого поискать надо.
После двадцати лет своего почти беспрерывного отсутствия вдруг объявился сосед по коммуналке. Правда, только затем, чтобы продать свою комнату и обосноваться навсегда на Дальнем Востоке. Сказал, что завел свой маленький бизнес, нужны деньги на развитие.

Новые соседи
Комнату купила семья приезжих откуда-то из провинции – муж, жена и маленький ребенок. Тамара Никаноровна страдала, видя, как на «ее» кухне и в «ее» ванной хозяйничают чужие люди. Попытку новых соседей наладить с ней хорошие отношения она пресекала в корне. Как только кто-то из них появлялся в местах общего пользования, она тут же исчезала в своей комнате. Вела себя так, будто те незаконно вторглись и без всякого на то основания заняли ее личную территорию.
Через несколько месяцев ей сообщили, что подошла очередь на получение отдельной квартиры (когда-то еще с дочкой она предусмотрительно встала в очередь на улучшение жилищных условий). Другой бы кто на ее месте обрадовался – вот он замечательный выход из создавшегося положения! Ан нет, Тамара Никаноровна стала страдать. Как же это так – двухкомнатная квартира, где она прожила столько лет и в которую так много вложила сил, останется этим приезжим, которые в Москве без году неделя! Почему она должна переезжать в другой район?
И отправилась Тамара Никаноровна к любимому племяннику, которого всегда ставила в пример своей дочери. Уж Андрюша-то не сделал бы такую глупость, не уехал бы из Москвы! Племянник сказал, что подумает, проконсультируется со знакомым юристом, может, и удастся что-то придумать. Через пару дней заехал к тете и предложил свой вариант.

Ход конем
Чтобы у соседей не было надежды на то, что когда-нибудь им достанется комната Тамары Никаноровны, и согласились на их вариант, Андрюша предложил ей сделать будто бы родственный обмен с ним. А потом он, мол, у соседей выкупит их комнату по завышенной цене, чтобы те смогли купить себе комнату большей площади в другой коммуналке. Таким образом, вся квартира будет формально принадлежать Андрею, а проживать в ней до конца своих дней будет тетя и, значит, фактически останется хозяйкой квартиры.
Подумав, тетя согласилась с таким вариантом. Свой же, родной человек – не обманет. Все оказалось, конечно, не так просто, как они планировали с Андрюшей. Много нервов ушло и на сбор необходимых бумаг, и на походы по офисам, и, самое главное, на то, чтобы уговорить соседей.
Когда уже все было сделано, Тамара Никаноровна осталась в квартире одна и можно было, наконец, успокоиться, у нее вдруг резко поднялось артериальное давление. Так нередко бывает, что организм сдает не во время перегрузок, а когда они уже остались позади. Хорошо, хоть хватило сил вызвать «скорую».
Врачи констатировали инсульт. Левая половина тела была парализована. Через неделю, обеспокоенный тем, что не отвечает в квартире телефон, ее нашел племянник. О случившемся он тут же сообщил Елене на Украину и предложил ей приехать, потому что ухаживать за Тамарой Никаноровной некому.
Лена посоветовалась с мужем, как быть.
– Ну, конечно, поезжай, забери ее сюда, – не раздумывая, сказал тот, – мать все-таки.
– Теперь-то уж она командовать, надеюсь, не будет, – мрачно пошутил он.
Елена взяла отпуск, чтобы успеть решить все дела в Москве. Она хотела предложить матери продать комнату в коммуналке, чтобы вырученные деньги использовать на лечение и на сиделку – сама-то она работала, не могла целый день быть при матери. Мать была покладистой, как никогда, и сразу согласилась с дочерью. Пыталась только сказать что-то про Андрея, но не могла из-за паралича объяснить ситуацию.
Все выяснилось, когда Елена пошла в ЖЭК за справками. Двоюродный братец не отрицал, что теперь вся квартира принадлежит ему, а самое главное, не собирался расставаться даже с частью ее. Я же, говорит, не гоню, пусть, как уговаривались, живет здесь, и ты можешь жить, пока она жива.
– Я вложил деньги в эту квартиру и не собираюсь ее терять, – заявил он. – Вторую комнату я выкупил гораздо дороже, чем она на самом деле стоила. У Тамары Никаноровны был выбор, она сама не захотела переезжать в однокомнатную квартиру, которую ей предлагали.
– К юристам можешь не ходить – все законно, – предупредил он и вышел из «своей» квартиры, оставив мать и дочь наедине друг с другом и своими проблемами.

Татьяна Комендант