Технология выживания из собственного жилья

Пятнадцать лет ждали возвращения в свою квартиру супруги Коноваловы – столько длился капитальный ремонт в их «сталинке». А когда из малогабаритки маневренного фонда вновь въехали в свои комнаты, то радость была омрачена появлением нового соседа.

А по ночам он выл на луну
Женщина, которой принадлежала эта комната, устроилась работать в ДСК и через некоторое время купила там квартиру по себестоимости. К этому моменту из многочисленных прежде жильцов в коммуналке остались только Коноваловы. Им бы выкупить у соседки комнату, да средств не было, хоть и занимаются оба пенсионера небольшим бизнесом.
Кому соседка продала свою комнату, они не знали, не ведали. Просто однажды три женщины привели в их квартиру мужчину лет под пятьдесят. Из их разговоров Коноваловы поняли, что женщины – дочь, бывшая жена и тетя нового жильца. Оставив мужчину, они больше ни разу его не навещали. Правда, сам он куда-то ездил, регулярно привозил кастрюльки с едой, здесь практически ничего не готовил, только подогревал.
С первых же дней Игорь – так звали нового соседа – повел себя неадекватно. То открыл одновременно входную дверь и дверь на балкон (это в декабре-то!) – выстудил всю квартиру. То всю ночь выл у себя в комнате, как собака. То поставит что-нибудь из еды на плиту и забудет вовремя выключить, пока все не сгорит дотла. Однажды так же поставил кипятить белье и засел у себя в комнате. Хорошо Галина Васильевна была в тот день дома. Вышла на кухню, а там – пар до потолка, белье уже наружу выползло, вода залила огонь в газовой горелке и газ бесшумно заполняет пространство.
Перекрыв доступ газа, Галина Васильевна призвала в свидетельницы соседку из квартиры этажом ниже. Та всплеснула руками: «Так он нас затопит! А еще хуже – взрыв устроит».
Мало того, что сосед часто оставлял открытой входную дверь, так однажды вечером, вернувшись домой, Коноваловы обнаружили, что вскрыта дверь и в одной из их комнат. Все было на месте, ничего не пропало. Что двигало новым соседом – любопытство или желание досадить, напугать, – Коноваловы так и не поняли.
– Нас раньше десять человек жило в этой коммуналке, – вспоминает Валентин Николаевич, – и нормально уживались, никаких особых проблем не было. А тут один, извините за слово, поганец появился – и жизнь стала невыносимой. По отдельности вроде бытовые мелочи, о некоторых и говорить неудобно, но когда это каждый день...
– Вот и накануне, – подхватывает его жена, – прекрасно знает, что у нас обоих аллергия, – разлил по всей квартире одеколон. Хоть беги прочь.
На все попытки призвать его к порядку и уважению интересов соседей Игорь реагировал агрессивно. А однажды предложил: покупайте, мол, себе квартиру – вон там, в военном городке, три дома, выбирайте. А иначе, говорит, я вам покажу коммуналку. Коноваловым это показалось странным. Как будто кто-то еще стоял за новым соседом и пытался с его помощью выжить их из квартиры. Вот ведь даже конкретный адрес назвал, где им можно купить другое жилье!
Поначалу Коноваловы приглядывались к новому соседу, старались самостоятельно улаживать все конфликты, вели себя сдержанно и, честно говоря, побаивались каких-либо провокаций с его стороны. Но когда терпение иссякло, стали вызывать милицию.

Кого бережет милиция?
Всю неделю Игорь то там, то сям раскладывал по квартире ножи. А потом, выйдя утром на кухню, Коноваловы обнаружили воткнутый в пол тесак – широкий такой, каким обычно работают повара-профессионалы в ресторанах. Тесак торчал посреди кухни вызывающе, как знак объявления войны.
Тут уже супруги-пенсионеры не на шутку испугались и вызвали наряд милиции. Стражи порядка посмотрели на воткнутый в пол тесак, обнаружили в комнате у странного соседа еще целый набор ножей и сделали вывод: да это просто больной человек. И посоветовали Коноваловым написать заявление участковому.
Четыре месяца на заявление не было никакой реакции. Только после обращения Коноваловых в прокуратуру участковый пришел и сказал им, что их сосед на учете по поводу психического заболевания не состоит. Позже участковый уверял, что давал им официальную бумагу на сей счет, но Коноваловы на самом деле в глаза ее не видели.
У супругов вообще сложилось впечатление, что милиция по какой-то неведомой им причине покрывает их соседа. К примеру, когда они пытались через участкового выяснить, является ли Игорь собственником комнаты, тот принес им липовую выписку из домовой книги, подтверждающую, будто новый сосед собственник. А потом Коноваловы выяснили, что собственницей комнаты является дочь соседа, а сам он проживает здесь по доверенности.
Однажды Игорь орал всю ночь, не давая никому уснуть. Пришлось вызвать наряд милиции. Парни в милицейской форме поговорили с буяном, заверили соседей, что теперь все будет тихо, и ушли. Не успели они спуститься вниз, как услышали, что тот снова орет благим матом, вернулись, забрали с собой. За хулиганство тогда Игорь получил трое суток. На самом же деле все три дня провел дома. На вопросы, что же это за наказание такое и почему его отпустили, участковый ответил, что задержанных нечем кормить.
В другой раз после очередного задержания за хулиганство Игорь должен был явиться в суд. Часов в семь утра за ним зашел участковый. Валентин Николаевич пошел в суд, чтобы поприсутствовать во время принятия решения. Но ждать пришлось довольно долго.
– Участковый вытащил его утром грязного, обросшего, – вспоминает Коновалов, – а тут уже часов в одиннадцать в сопровождении участкового нарисовывается наш сосед в суде – вымыт, выбрит, подстрижен, в светлом костюме! Ни дать ни взять – выпускник Оксфорда! Вы где-нибудь видели, чтобы милиция так заботилась о нарушителях порядка? Чтобы их возили отмывать, брить и переодевать?
– Кстати, – добавляет он, – суд тогда принял решение «на усмотрение» начальника отделения милиции микрорайона «Капотня». Начальник, как вы понимаете, ничего «не усмотрел».

Версии
Галина Васильевна как-то разговорилась с женщиной, которая оказалась психиатром по специальности, и рассказала о своем соседе, его странных выходках. Женщина предположила, что, скорее всего, мужчина действительно болен, а родственники с ним возиться не хотят. Подыскали комнату специально в квартире, где живут пенсионеры, – мол, будут за своим добром смотреть и за ним тоже присмотрят, чтобы не натворил чего-нибудь опасного.
– А может быть, – говорит Галина Васильевна, – у него просто забрали его собственную квартиру, а жить привезли сюда, в эту комнату? Однажды он пришел и сказал, что купит себе машину. С чего вдруг, если он не работает? Может, кто-то ему обещал какие-то деньги? И кто-то же его кормит. А костюм светлый откуда? У него не было такого костюма. И, вы знаете, он иногда еще чего-то боится.
– Ну, подумайте, – поддерживает жену Валентин Николаевич, – ему 49 лет, он коренной москвич, а собственной пощади у него нет ни сантиметра – живет по доверенности. Как так может быть? Нет, здесь что-то нечисто. Но что, мы пока сами не знаем.
В ближайшее время Коноваловы намерены подать в суд иск к дочери их соседа, ведь она собственница комнаты, и значит, несет ответственность за то, кто в ней проживает. Только хотят сначала узнать, болен ли их сосед на самом деле или притворяется, чтобы выжить их из квартиры. Жилье-то очень привлекательное – светлая стометровая «сталинка» с высокими потолками, большими окнами, огромной кухней, ванной с окном. Вокруг таких квартир немало аферистов крутится. Кто его знает, какая история закручивается вокруг пенсионеров. На милицию у них надежды уже нет, теперь осталась надежда только на то, что суд разберется в этой таинственной истории.

Татьяна Комендант