Плюс два миллиона

Что мы видим? Вздутые обои и подтекающий кран. Газон, безжалостно изъезженный колесами машин. Дом, заслонивший небо и речку. Кучу мусора на автобусной остановке. А может быть, пейзаж совсем иной, и блеск работающей без сбоев сантехники способен соперничать с бликами неспешных вод Москвы-реки, наблюдаемой с уютного балкона? И улицы чистые, и жить хорошо...

Как ни крути, сегодня мы видим ровно столько, сколько определили себе увидеть вчера, действием или бездействием выбирая свое будущее. И тут без скучных слов «планирование» и «формирование» не обойтись никак. Кому об этом знать, как не начальнику Управления формирования градостроительных программ Департамента градостроительной политики развития и реконструкции города Александру Михайловскому?
Удивительно похож на дите, растущее не по дням, а по часам, наш любимый город. Не успеешь оглянуться, а костюмчик уже снова трещит по швам. «Мы получим когда-нибудь отдельную квартиру?» – сетуют уставшие ждать аборигены коммуналок. «Расселите нас, расселите!» – настаивают жители «хрущевок». И город строит.

И один тоже воин
Очень соблазнительной была идея реконструкции пятиэтажек. Не надо выдергивать людей из родных стен, искать новые площадки для строительства. Заменить коммуникации, пристроить лифтовые шахты, сделать мусоропровод, надстроить пару этажей – и дом, расширяя площадь, обретает вторую жизнь.
Но, по мнению г-на Михайловского, ясно как божий день, что это дело убыточное. Такие дома, и кирпичные, и блочные, уже есть в городе, но на сегодня положительной практики, по утверждению Александра Николаевича, в Москве нет.
– Не разработана законодательная база проведения такой реконструкции, любой депутат городской Думы может это подтвердить. Когда я работал в префектуре СВАО, я занимался вопросами реконструкции. И вот случалось такое: уже закончили работу по надстройке, а тут приходит судебное решение – разобрать и восстановить все, как было. Ничего не поделаешь, приходится разбирать. Надо иметь согласие всех жильцов.

Не будем мелочиться
Но вопрос этот не совсем мертвый, просто к нему надо правильно подойти, считает Михайловский. Брать один дом – надстраивать, перекладывать инженерные сети – несомненно, дело никому не нужное и убыточное. Продажей дополнительной площади инвестор, дай бог, покроет какие-то свои расходы, и то еще не известно, как выкрутится. А вот если рассматривать микрорайончик в целом – сносимые серии, не сносимые, подлежащие реконструкции…
Делается проект, на существующей подоснове ставятся дома, что-то сохраняется, улучшая внешний вид, что-то надстраивается. Если все это делать в комплексе – и перекладку коммуникаций, и благоустройство – это уже совсем другой разговор. Ну, а если все равно получается отрицательный экономический баланс – понятно, альтруистов нет – то стоит выйти за квадратик данного микрорайончика и посмотреть: а что там рядом? Как правило, резервы всегда находятся. Главное – смотреть в целом.

Чтоб не копать по живому
Тем более что такое право градостроители получили благодаря постановлению правительства Москвы о реконструкции, реновации и капитальном ремонте домов. Теперь, к примеру, вопрос о реконструкции или сносе несносимых серий может рассматриваться в каждом отдельном случае в зависимости от экономической целесообразности. То есть вот сегодня все пятиэтажные кварталы, подлежащие сносу, практически разработаны в градостроительном плане, но в них входят и несносимые дома. Теперь их тоже в программу включат и будут готовить к сносу или переделке – техническую документацию разработают с учетом всего. Ведь если весь квартал сносится, а два-три дома остаются, какой в этом смысл? Через пять-десять лет их все равно сносить придется. И снова будут перекладывать коммуникации, снова, по «живому», копать дворы…
Существует и моральный аспект. Вот живут люди в пятиэтажке, которую построили в 60–61-м году, а соседи проживают в такой же пятиэтажке, построенной в том же году, но дом этот не сносимой серии – не панельный, а блочный. Каково остающимся смотреть на своих переезжающих соседей-новоселов?

Альтернатива последним крохам
Но одним сносом и реконструкцией пятиэтажек сыт не будешь. Столица, рачительно подчищающая последние крохи площадей для строительства, продолжает расти. Какие еще края предстоит в ближайшем будущем осваивать москвичам?
Будущее наше смотрит в четырех направлениях. На Северо-Востоке это район Северный, где на совершенно свободной от застройки территории скоро вырастут дома, которые дадут около 180 тысяч квадратных метров площади. Еще 100–120 тысяч кв. м планируется возвести на участке, расположенном ближе к селу Виноградово.
На севере – район Молжаниновский, тянущийся вдоль Ленинградского шоссе. По предварительным прикидкам, город обретет там около 250 000 кв. м площади. Что интересно: кроме жилья там предусматривается зона предприятий, так называемое «Пром-сити», которое призвано обеспечить рабочими местами «местных жителей». (В прежние времена это, правда, называлось прозаичнее – рабочим поселком).
На Востоке жилые застройки протянутся в Кожухово, где планируется построить около 9 микрорайонов с площадью примерно 650 000 кв. м.

Туда, где не жили
В 7-м микрорайоне Южного Бутова разместится примерно полмиллиона квадратных метров жилья. Застройка пойдет в районе существующего поселка Бутово, вдоль старого Симферопольского шоссе и в районе Щербинки, как бы в продолжение Бутова. На территории поселка Щербинка, который находится в черте города, могло бы разместиться около 800 000 кв. м площади, но всему помеха – существующий аэропорт Газпрома «Астафьево». Там будет комплексная застройка, с социальной структурой, зонами отдыха. Первая очередь строительства, которую реально можно осваивать, – это около 300 000 кв. м.
– В результате город может получить около 2 миллионов кв. м площади, выстроенной на свободных, резервных площадях, – итожит Александр Николаевич.
– А туда люди поедут, захотят? – интересуюсь я.
– Думаю, что поедут. Тем более что возник некоторый дефицит на жилье для среднего класса, соответственно, увеличился спрос. Жить в центре сейчас очень тяжело. Ну а в остальном… Люди вообще не хотят ехать туда, где не жили – из Медведкова в Черемушки, из Черемушек в Бескудниково. Потом не захотят уезжать из Щербинки или Молжаниновского – привычка...

Мария Кронгауз